Как избавиться от книг



ИЗБАВИТЬСЯ ОТ КНИГ

я на помойку выкинула в своей жизни только одну книжку - хоррор какой-то американский. Меня от нее буквально чуть не стошнило.
А в остальном. отбраковку приходится проводить время от времени, появляются случайно купленные книги, которые выбирались в магазине по принципу любопытно, о чем тут? . Эти по большей части уезжают на дачу - там гости почитают ежели, заскучают. А когда не могла туда отправить, ходила к ближайшей библиотеке, там есть столик перед дверью Бесплатные книги от населения - выкладывала туда.
Просто выкинуть - это для меня кощунство все-таки ))))

тоже считаю, кощунство; про столик в библиотеке - правильно и удобно; у меня библиотека есть под боком, тем более детская (столика там правда такого нет), вот туда и отнесу; однако из всей моей стопки отоБРАННЫХ большую часть просто не возьмут в библиотеку; потому что эти книги - действительно не книги;

а сколько ужасных:
- политических
- духовных
- антидуховных
- псевдодуховных
- банальных и пустых
- заблудших в темах
-.

Ни с одной книжкой не смогла бы сделать вышеперечисленное. Считаю, что у каждой вещи есть душа. Тем более, у книги. Поэтому если вдруг надо освободить место, аккуратно перевязываю какую-нить фантастику и сдаю в библиотеку.

хм. может быть я более терпима? )
У меня на полках отлично уживаются классика, фэнтази, детективы, современная литература. Вот только любовных романов нет, кажется. Хотя Бриджит Джонс место занимает )
Мне кажется, что даже совсем пропащие книжки не стоит сжигать - всегда найдется кто-то кому это пригодится. Пусть даже описание съездов кп - вдруг кому-то захочется полюбопытствовать или там для коллекции.
А столик у библиотеки - это не для самой

куда вот только девать то, что не пригождается в библиотеке.
разыскивать человека с синдромом плюшкина.

(дачи у меня нет, а хранящийся в пыли мешок с книгами вытерпеть невозможно)

для меня как раз взрослая включает такие свойства как не-свободная от предрассудков и пр .
или вы считает, что юность больше обременена предрасскудками? ) абсурд!

раз уж вас так затронула причина моего бездействия, скажу: мне и мысли в голову не приходило, чтоб пойти и помочь детям (не факт, что они в этом нуждались!). Просто даже не подумалось. Наоборот, постаралась скорее уйти, чтоб они не боялись, будто я хочу игрушку себе забрать))

Вот интересно. Я же - не со-чувствую. Мне просто - жаль.

И везде-то у вас - стереотипы. Почему вы решили - за меня -, что взрослая - это значит опредрассуженная=закостенелая ? Вовсе нет.

Взрослый - это тот, кто сумел _вырасти_ из коротенечких штанишек предрассудков и штампов. Изросся из них. Перерос. Повзрослел.

А детишки - это не паспортный возраст. А те, кто подвержены расхожему мнению мам-пап- в лице общества. Те, кто тупо принимает - и отрицает тоже! - всяческие растрадиции-стереотипыши и прочая, и прочая. наносное все. Уже отжившее свой век пару сотен-тысяч лет назад.

---
Не читаю почти худ-ую литературу. Разве в оригинале англичан да немцев. Ради языка исключительно.

А полки мои заставлены словарями-тезаурусами-глоссариями-учебни ками-мануалами и прочей научной литературой по языкознанию, старому и новому. Да книгами на вырост - для дочки. Интеллектуальная база, так сказать.

Вам сего не желаю, ибо дело ваше личное. Каждый выбирает для себя, впрочем.

За сим кланяюсь. Не мечтала даже оскорбить-обидеть. Простите покорно, если вдруг.

Как избавится от книг?

Многие книги не достойны того, чтобы сопровождать человека всю жизнь. Количество настольных книг обычно составляет единицы, а цитаты можно найти в Интернете. О повторном прочтении чаще всего можно вообще не говорить.

Конечно, полное собрание сочинений Пушкина в красивом переплете украсит книжные полки и улучшат репутацию хозяина. А вот детективы и романы с красочными обложками после единственного прочтения становятся ненужными. Кстати, детские книги издательства Белфакс или подобных изданий детской литературы можно сохранить для выросших сыновей и дочерей (внуков и так далее) в качестве памяти. А от остальных, чтобы не захламлять свое жилище нужно избавляться от такой макулатуры.

1. Сдайте книги в библиотеку. Библиотека является государственным учреждением, которое не очень хорошо финансируется, а у вас есть такая возможность. Если у вас есть книги различной тематики, то можно их сдать в школу, интернат или детский дом. О деньгах речь не идет, зато вам будут очень благодарны.

2. Макулатура. Ее принимают в любых объемах. Есть пункты сдачи макулатуры, которые предлагают взамен взять деньги или товары. Понятно, что деньги небольшие, а товары неликвидные.

3. Можно попробовать оценить свои книги. Чем черт не шутит. Возможно, завещанная вам библиотека имеет какую-то ценность.

4. Продать книги оптом. Подать такое сообщение можно в Интернете. Большим успехом пользуются редкие книги. Иногда книги скупают дизайнеры, которые оформляют залы, клубы или частные дома.

5. Продать книги поштучно. В этом также поможет Интернет. Оставьте всю необходимую информацию о книге. Возможно, кто-то заинтересуется.

6. Обмен на другие книги. Алгоритм похож на предыдущий пункт. Только вместо продажи предложите обмен на ту книгу, которую хотелось бы прочесть.

7. Можно просто отдать книги кому-то. Вы избавитесь от балласта, а кому-то ваши книги помогут в развитии, учебе и т.д

Related posts:

Не надейтесь избавиться от книг!

Жан-Клод Карьер, Умберто Эко

Не надейтесь избавиться от книг!

«Вот это убьет то. Книга убьет здание». Гюго вкладывает свое знаменитое изречение в уста Клода Фролло, архидьякона собора Парижской Богоматери. Наверное, архитектура не умрет, но перестанет быть знаменем культуры, всегда находящейся в процессе изменения. «Когда сравниваешь архитектуру с мыслью, принимающей форму книги, — для чего достаточно иметь небольшое количество бумаги, чернила и перо, — то можно ли удивляться тому, что человеческий разум предпочел книгопечатание зодчеству?» Наши «каменные Библии» не исчезли, но совокупная продукция всех рукописных, а затем и печатных текстов, этот «муравейник умов», этот «улей, куда золотистые пчелы воображения приносят свой мед» [1]. внезапно в конце Средневековья весьма понизил их в звании. Точно так же, если электронная книга в конце концов получит признание в ущерб печатной книге, вряд ли первой удастся изгнать вторую из наших домов и наших привычек. Так что e-book не убьет книгу. Как и Гутенберг с его гениальным изобретением не сразу отменили рукописные книги, а те, в свое время, торговлю папирусными свитками или volumina. Практика и привычки сосуществуют, и для нас нет ничего приятнее, чем расширять гамму возможностей. Разве кино убило живопись? Или телевидение — кино? Так что добро пожаловать, графические планшеты и периферийные устройства чтения, обеспечивающие нам доступ с одного экрана к теперь уже оцифрованной всемирной библиотеке.

Вопрос скорее в том, как чтение с экрана изменит то, к чему мы пришли, листая книжные страницы? Что мы выиграем от этих новых маленьких книжек, а главное, что потеряем? Возможно, отжившие привычки. Некую сакральность, окружавшую книгу в нашей цивилизации, положившей ее на алтарь. Особые интимные узы между автором и его читателем, которые неизбежно разрушит понятие гипертекстуальности. Идею «закрытости», которую символизировала книга, а значит, по всей видимости, и некоторые читательские привычки. «Разрывая старые связи между мыслью и ее материальным воплощением, — заявлял Роже Шартье [2] в своей вступительной лекции в Коллеж де Франс, — цифровая революция обязывает нас к радикальному пересмотру всех действий и представлений, которые мы ассоциируем с письменным словом». Вероятно, однажды это стало глубоким потрясением, но мы уже начали от него оправляться.

Цель обмена мнениями между Жаном Клодом Карьером и Умберто Эко состояла не в том, чтобы установить природу трансформаций и потрясений, которые сулит нам распространение в больших (или малых) масштабах электронных книг. Их опыт библиофилов, коллекционеров старинных и редких книг, исследователей и охотников за инкунабулами скорее подводит нас к мысли, что книга, как и колесо, является неким пределом совершенства в сфере воображаемого. Когда цивилизация изобретает колесо, она обречена воспроизводить его ad nauseam [3]. Независимо от того, что мы будем считать изобретением книги: появление первых кодексов (приблизительно II век до н. э.) или более древних папирусных свитков, — перед нами инструмент, который, несмотря на все пережитые им трансформации, оказался в высшей степени верен самому себе. Книга представляется нам как некое «колесо знания и воображения»: его не смогут остановить никакие грядущие технологические революции. Как только мы приходим к этому утешительному выводу, можно приступать к настоящему обсуждению.

Книга находится на пороге собственной технологической революции. Но что есть книга? Что представляют собой книги, стоящие на полках в наших домах и в библиотеках всего мира и заключающие в себе все знания и фантазии, которые человечество накапливает с тех пор, как научилось писать? Какое представление они дают нам об этой одиссее разума? Каким зеркалом они для нас являются? Если рассматривать лишь сливки этой продукции, шедевры, насчет которых установился культурный консенсус, то преданно ли мы выполняем нашу обязанность оберегать то, что постоянно находится под угрозой окончательного забвения? Или же нам придется согласиться с менее лестным образом самих себя — ввиду невероятной убогости, которая также характеризует это изобилие письменной продукции? Непременно ли книга является символом прогресса, призванным заставить нас забыть о тех дебрях невежества, которые, как нам кажется, мы навсегда оставили позади? О чем именно говорят нам книги?

Цитаты из романа В. Гюго «Собор Парижской Богоматери» (перевод Н. Коган).

Роже Шартье (р. 1945) — французский историк, примыкающий к школе «Анналов». Его исследования посвящены истории книги, книгопечатания и чтения. (Прим. О. Акимовой.)

Источники: http://www.ljpoisk.ru/archive/8711.html, http://yuschenko.com.ua/kak-izbavitsya-ot-knig/, http://online-books.net.ua/book/163/read/1/

Комментариев пока нет!

Ваше имя *
Ваш Email *

Сумма цифр внизу: код подтверждения